Общественные деятели требуют прекратить уголовное преследование Алексея Навального. А также найти и наказать виновных в покушении на его жизнь .


В России после ареста Алексея Навального развернулась общественная кампания в его поддержку. Редакции СМИ, отдельные журналисты, писатели, музыканты и другие деятели потребовали его освобождения.
Редакция «Новой газеты» разместила на сайте Сhange.org петицию, в которой назвала преследование Навального местью за то, что он выжил после отравления и занялся его расследованием. «Задержание Алексея Навального — это политически мотивированный акт, не имеющий ничего общего ни с законом, ни с правом», — говорится в обращении.
События, сопровождавшие возвращение оппозиционера из Германии, и организация выездного суда над ним прямо в отделении полиции, куда не допустили ни прессу, ни публику, по мнению авторов петиции, «свидетельствует о том, что происходящее является актом политической расправы над оппозиционным политиком. Актом, санкционированном на самом верху российской власти».
Журналисты требуют прекратить уголовное преследование Навального, а также найти и наказать тех, кто организовал это преследование, и виновных в покушении на жизнь политика. Петицию поддержали главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, писатели Людмила Улицкая и Дмитрий Быков, актриса Юлия Ауг, журналист Илья Азар, политики Евгений Ройзман, Илья Яшин, Владимир Кара-Мурза, Константин Янкаускас, Андрей Пивоваров, издатель Ирина Прохорова, правозащитник Сергей Давидис.
Немедленно освободить Навального потребовала и редакция «Медузы», отметив, что «нынешнее российское государство представляет для него реальную угрозу». «Сейчас люди, которые служат российскому государству, держат его в плену. Учитывая историю их взаимоотношений, у нас опять есть основания беспокоиться за здоровье и жизнь Алексея Навального», — говорится в заявлении.
В поддержку Навального также выступили журналист Юрий Дудь, рэпер Noize MC, телеведущая Татьяна Лазарева, писатель Дмитрий Глуховский, певица Вера Мусаелян, группа «Кровосток», экономист Сергей Гуриев, бизнесмен Евгений Чичваркин, депутат Законодательного собрания Петербурга Максим Резник.
«Для всех, кто этого не знал или просто сомневался: раньше беспредел творили гангстеры, сейчас это легко делает и государство», — написал в своем Instagram Дудь.
«17 января 2021 года в жизни каждого человека случился более весомый факт, чем арест Навального. 17 января 2021 года в Российской Федерации перестал существовать закон. Под прицелом камер, под нашим пристальным наблюдением, нам всем наглядно показали — это бесправное государство. <…> Если беспредел, аресты без суда и следствия, покушения на убийство творятся под камерами, под всеобщим вниманием, то с маленькими нами, когда никто и не заметит, можно творить все что угодно», — пишет Мусаелян.
Оппозиционный политик Алексей Навальный отправлен в СИЗО «Матросская тишина» до суда, который решит вопрос о замене ему условного срока по делу «Ив Роше». Однако следственный изолятор не предназначен для «задержанных», не являющихся подозреваемыми или обвиняемыми. Юристы и правозащитники рассказали, что в российских законах нет ни статьи для взятия под стражу Навального, ни учреждения для таких заключенных.
Правила содержания ни в одном из мест временного лишения свободы не регулируют заключение туда условно осужденных уклонистов. Такую «дырку» Русская служба BBC обнаружила в законах и инструкциях, которые регулируют работу СИЗО, изоляторов временного содержания и спецприемников.
Навального после «продления задержания» отвезли в СИЗО «Матросская тишина» и поместили в расположенный на его территории спецблок федерального подчинения (так называемый «Кремлевский централ»). Об этом политик сообщил в Instagram.
Посетившему его адвокату Вадиму Кобзеву сам Навальный сказал, что условия пребывания там «в сто раз круче, чем в спецприемнике», где Навальному раньше приходилось отбывать административный арест. В спецблоке находится всего сто человек (в «Матросской тишине» — несколько тысяч). Решения о помещении туда, как и в «Лефортово», принимаются специально по каждому заключенному.
При этом после вынесения постановления Химкинского суда защитники Навального не были уверены, что политик попадет именно в СИЗО, а, например, не в ИВС, сказал адвокат Навального Вадим Кобзев.
Даже если суд счел, что Навальный действительно уклонялся от контроля (сам он и его защита это отрицают), в законе вообще не указано, что условно осужденных в таких случаях можно задерживать. «Судья должна была вернуть представление начальнику УВД без рассмотрения, поскольку ставить такой вопрос перед судом он не мог», — сказал адвокат. Вопрос, куда следует направлять таких задержанных, также не урегулирован, отметил он.
При этом в любом СИЗО по закону 103-ФЗ, регулирующему содержание под стражей, должны находиться «подозреваемые и обвиняемые» по уголовным делам, за совершение которых их можно посадить на срок более трех лет, и только если суд после задержания избрал им меру пресечения в виде заключения под стражу.
У Алексея Навального статуса подозреваемого или обвиняемого по делу об уклонении от контроля ФСИН нет — он условно осужденный. Ни о какой мере пресечения в постановлении Химкинского суда речь не идет.
Из утвержденного Минюстом распорядка работы СИЗО также следует, что туда не может попасть человек, которого не подозревают или не обвиняют в совершении уголовного преступления. Ни один из пунктов этих правил не регулирует размещение в СИЗО условно осужденных уклонистов.
Для содержания под стражей «задержанных» по тому же закону 103-ФЗ предназначены изоляторы временного содержания (ИВС). Они входят в систему МВД, но содержат задержанных «по подозрению в совершении преступлений» на короткий срок — максимум 72 часа. Еще меньше времени — до 48 часов — задержанный может провести непосредственно в полиции.
Уклонение от контроля ФСИН — не преступление, а нарушение условий исполнения приговора, при этом 30-дневный срок задержания Навального многократно превышает предусмотренный для ИВС. То есть в ИВС политик тоже находиться не может.
В течение 30 суток граждан можно содержать в спецприемниках, которые тоже управляются МВД, но туда помещают лишь тех, кто по решению суда подвергнут административному аресту.
Уклонение от контроля ФСИН, которое якобы совершил Навальный, административным правонарушением не является.
Наиболее четко в случаях с уклонившимися от контроля ФСИН закон регламентирует задержание осужденных к исправительным работам. Находиться до суда по изменению им условий исполнения наказания они должны не в СИЗО, а в помещении для нарушителей исправительных центров (ИЦ), созданных для содержания таких осужденных.
В Москве исправительный центр создан в Зеленограде. Фактически это общежитие с более мягкими по сравнению с другими учреждениями ФСИН условиями пребывания.
Существуют также спецучреждения временного содержания иностранных граждан, куда сажают мигрантов и апатридов (лиц без гражданства), а также центры временного содержания несовершеннолетних нарушителей. К этим категориям Алексей Навальный не относится так же, как к подозреваемым, обвиняемым или осужденным к исправительным работам.
«С одной стороны, закон о содержании под стражей позволяет содержать в СИЗО задержанных за преступления, — говорит руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. — С другой, если закон в принципе не позволяет задерживать условно осужденных, то и содержание их где-либо предусмотрено быть не может».
Адвокат Ольга Цейтлина считает, что в случае с Навальным суд нарушил базовые принципы правового государства. «Свобода — это правило, любое лишение свободы — это исключение. Когда мы говорим о лишении свободы, закон должен быть четким, предсказуемым и защищенным от любого произвола. Условие, что содержание под стражей возможно исключительно на основании закона, есть и в Конституции, и в системе Европейской конвенции по защите прав человека. Главный критерий лишения человека свободы — это законность. Даже если суд считает это обоснованным — мы сейчас это не обсуждаем, — он должен четко сослаться на норму, которая должна использоваться для лишения человека свободы», — сказала она.
По словам Ольги Цейтлиной, в законе «должно быть четко прописано, куда и за какое нарушение должен быть помещен условно осужденный». «Если это четко черным по белому не прописано, такой закон не может использоваться для помещения человека в СИЗО или любое иное место лишения свободы — это незаконно и может быть основанием для обращения в Европейский суд по правам человека, — считает она. — На основании «кривого» закона лишать человека свободы нельзя. Непонятно, почему такого человека нужно отправить в СИЗО, а, например, не в вытрезвитель».
Законность определяется качеством закона, он должен быть понятным и исключать несколько толкований, объясняет Ольга Цейтлина: «Если все настолько не регламентировано, нечетко и непредсказуемо, законодательство настолько «кривое», что ни сам осужденный, ни юристы, ни журналисты, ни общество в целом не могут понять, на основании какого конкретного нормативного акта человек лишен свободы — это нарушение конституционных и международно-правовых принципов».
Ряд опрошенных Русской службой BBC юристов считает, что судья Морозова применила к условно осужденному Навальному нормы законов, позволяющие задерживать на 30 суток уклоняющихся от отбывания других видов наказаний, «по аналогии». Суды в России применяют такую практику преодоления пробелов в законодательстве, хотя регламентирована она только в гражданском кодексе, а в уголовном праве такой нормы нет.
Адвокаты Ольга Цейтлина и Анна Ставицкая подчеркнули, что применение закона «по аналогии» возможно только в сторону улучшения положения осужденного, а лишение свободы его положение ухудшает.
Основателя Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Алексея Навального задержали в аэропорту Шереметьево сразу после того, как он вечером 17 января прилетел на самолете из Германии, где лечился после отравления химоружием семейства «Новичок». Оппозиционного политика доставили в химкинское отделение полиции. Там днем позже и состоялся выездной суд, по итогам которого оппозиционера увезли в «Матросскую тишину».
На задержании Навального изначально настаивала ФСИН. Ведомство считает, что он уклонялся от контроля во время испытательного срока по делу «Ив Роше», и в связи с этим объявила его в розыск. Ведомство обещало добиться того, чтобы Навальный был задержан до заседания суда, на котором будет решаться, заменить ли условный срок в 3,5 года на реальный.
Однако задерживали Алексея Навального полицейские, а с просьбой о «заключении под стражу» политика 18 января обратилась не ФСИН, а начальник УВД по городу Химки Игорь Янчук, следует из постановления Химкинского суда. Представители ФСИН в заседании вообще не участвовали.
Судья Елена Морозова в итоге вынесла решение не о «заключении под стражу», а о «продлении задержания на 30 суток» — то есть, с формальной точки зрения сделала не то, о чем ее попросил полицейский. Ссылок на нормы законов, разрешающих такое задержание, в постановлении Химкинского суда нет.
Пленум Верховного суда России указывал, что суд, проверяя, действительно ли условно осужденный скрывался от контроля 30 дней, должен «проверять полноту» мероприятий по его розыску и установлению причин уклонения, проведенных уголовно-исполнительной инспекцией. В частности, ФСИН была обязана опросить родственников и соседей Навального, а также других граждан, которым могло быть что-либо известно о его месте нахождения. При этом, «если проведенных мероприятий для вывода о том, что осужденный скрылся от контроля, недостаточно, то суд отказывает в удовлетворении представления» ФСИН, говоритcя в постановлении пленума.

Новости OnAir.ru