Прокурор запросил 6 лет для журналистки Светланы Прокопьевой по делу об «оправдании террора». Прокопьева обвиняется из-за статьи о самоподрыве подростка в архангельском управлении ФСБ.


Прокурор запросила наказание в виде шести лет лишения свободы для журналистки из Пскова Светланы Прокопьевой, которая обвиняется в оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК) из-за текста о теракте в архангельском УФСБ. Об этом гособвинитель заявила в прениях сторон на выездном заседании Второго Западного окружного военного суда, сообщили РБК в международной правозащитной группе «Агора».
7 ноября 2018 года, выступая в своей авторской программе «Минутка просветления» в эфире радиостанции «Эхо Москвы в Пскове», Прокопьева рассуждала о причинах самоподрыва несовершеннолетнего анархиста Михаила Ж. в приемной УФСБ Архангельской области. Прокопьева говорила, что причиной действий подростка стали политические уголовные дела и произвол силовиков, а также сравнивала его поступок с терактами народовольцев в XIX веке. Текст ее выступления затем был опубликован под заголовком «Репрессии для государства» на сайте издания «Псковская лента новостей».
В декабре того же года редакции обоих изданий получили предупреждения от Роскомнадзора, а впоследствии были оштрафованы на 150 и 200 тыс. руб. У Прокопьевой прошли обыски, а в сентябре следующего года СК официально предъявил ей обвинение по террористической статье. В декабре прокурор отказался утверждать обвинительное заключение Прокопьевой, вернув дело на доследование, однако в итоге оно все же дошло до суда.
Обвинение Прокопьевой основывалось на показаниях сотрудников Роскомнадзора — главы областного управления ведомства Дмитрия Федорова и начальника одного из отделов Эдуарда Кожокаря, а также на показаниях сотрудников группы мониторинга СМИ из ФГУП «Главный радиочастотный центр». Среди свидетелей обвинения также был депутат Островского района Псковской области от партии «Коммунисты России» Вячеслав Евдокименко, которого возмутила публикация Прокопьевой. глава местного «Союза ветеранов кавказских войн» Игорь Иванов и несколько учителей истории.
В качестве других доказательств вины журналистки следствие и гособвинение привели экспертизы, авторы которых утверждали, что текст Прокопьевой был направлен «на формирование положительного отношения к терроризму», а теракт в нем «как единственное возможное решение для привлечения внимания к проблемам в современной России». Они полагали, что журналистка приписывала Михаилу Ж. «высокие цели и благородные мотивы», выступала с точки зрения «сторонников оппозиции», «акцентируя негативные черты государственного устройства современной России» и не выказала должного порицания по отношению к теракту.
«Я задумалась, откуда берутся политически мотивированные теракты: это признак нездоровья общества. Моей задачей было найти причину, по которой возник дисбаланс и случилось ненормальное явление», — поясняла журналистка на допросе в суде (цитата по «Коммерсанту»). Прокопьева подчеркивала, что деятельность террористов XIX века нанесла стране большой урон: «Если сегодня мы видим такой же симптом, мы должны задуматься, куда мы движемся? Параллель чудовищная, и она пугает».
Прекратить дело Прокопьевой требовал в том числе Совет по правам человека при президенте России. Его члены в письме к прокурору Псковской области заявляли, что журналисты должны иметь право свободно высказываться на тему «психологических аспектов терроризма».
В октябре два десятка изданий опубликовали открытое письмо Прокопьевой, где назвала свое уголовное дело «кулаком в лицо каждому журналисту нашей страны» и «банальной местью обиженных силовиков», на которых журналистка возложила ответственность за архангельский взрыв: «Я написала о том, что репрессивное государство дождалось ответной реакции. Что жестокая правоохранительная политика ожесточает граждан (…) На мой взгляд, этим уголовным делом государство лишь подтвердило мои тезисы».

Новости OnAir.ru